Искупаться в Ледовитом океане и спасти Арктику

Полный текст публикации

Волонтер Гринпис Егор Тимофеев — о своем опыте на судне Arctic Sunrise.

3/5 (2)
Заставка для - Искупаться в Ледовитом океане и спасти Арктику

 

7.00 Звонит мой первый будильник… выключаю, сплю.

7.15 Второй будильник, та же история.

7.30 Анна Паула деликатно стучит в дверь: “Morning! Seven thirty”. Сейчас заканчивается ее ночная вахта, она обходит все каюты и будит народ. Спешу одеться, умыться и позавтракать: на все про все — 30 минут. По пути к умывальнику снова учусь ходить, судно качается плавно в непредсказуемых направлениях. Прислушиваюсь к ощущениям, чтобы понять, стоит ли позволять себе завтрак. К счастью, морской болезни сегодня нет, то ли качка несильная, то ли таблетки от укачивания действительно работают — принимаю одну заранее, пока не укачало, ведь сегодня нам предстоит активный день, нужно быть «огурцом».

8.00 Время ежедневной уборки. Все на корабле разбирают зоны на свой вкус: есть туалеты, душевые, лаундж, прачечная, коридоры… Кругом заторможенная суета, люди, борясь со сном и качкой, разбирают ведра и швабры. Чувствуется запах уксуса — им протирают стены и сантехнику. Здесь вообще стараются использовать только 100% биоразлагаемые средства: не только потому, что  это судно Гринпис, также это необходимо для чувствительной системы очистки воды.

Обычно время уборки — до 9.00, после чего все расходятся заниматься своей работой. Но сегодня другие планы, и я тороплюсь, чтобы в 9.00 быть полностью готовым сесть в лодку.

Термобелье, флисовая одежда сверху, пара теплых носков под специальный костюм — на сегодня, думаю, этого достаточно, тепло. Погода нас радует уже третий день подряд: солнце сияет, Баренцево море прикидывается Средиземным, переливаясь бирюзовыми оттенками и зовет купаться, но нет… температура воды градусов 10. Бррр! Надеваю сапоги, каску, спасик (спасательный жилет), распихиваю мелочи по карманам и неуклюже поднимаюсь на палубу. Готов!

9.30 Боцман Попол, большой колоритный канадец, похожий на грека, уже открывает бортовую дверь. Экипаж спускает на воду две лодки: «Ураган» для активистов и «Паркер» для снимающей братии. Лодки, разрезающие волну, подлетающие на ней – это всегда захватывающее зрелище!

Я и мои друзья-волонтеры: Наташа из Москвы, Дэниэл из Германии и норвежец Кристиан — отправляемся к «Академику Лазареву», судну «Роснефти», которое ведет сейсморазведку, ищет для «хозяина» нефть на арктическом шельфе. Нас провожает пара дельфинов, показав плавники где-то в сотне метров от «Санрайза».

Неожиданно кто-то указывает на небо, и мы видим, как совсем низко мимо нас пролетает самолет. Как выяснится позже, это норвежская береговая охрана.

За каких-то 15 минут две лодки домчали нас к «Лазареву». Большое синее судно, с кормы которого вниз спускаются кабели, обозначенные желтыми буями на воде, медленно движется вперед. Работа идет полным ходом, и это чувствуется физически: каждые 10 секунд сначала ощущаем глухой удар в дно лодки, и сразу за ним доносится запаздывающий краткий, но мощный хлопок со стороны судна. Время развернуть баннеры «Роснефть убивает Арктику!», «Save the Arctic».

Лодки кружат вблизи корабля с развернутыми баннерами. Фотограф и оператор делают снимки, баннеры чаще обращены к ним, чем к судну, ведь именно так люди узнают о происходящем, а мы знаем, что решения принимаются не на «Лазареве» (на следующий день «Академик Лазарев» спешно покинул место работы и направился в порт). Тем временем норвежский самолет продолжает наворачивать круги вокруг нашего мирного протеста уже почти час!

Дэниел записывает оглушительные звуки сейсморазведки, опуская под воду специальный микрофон и водостойкие камеры. На близком расстоянии эти звуки опасны, а иногда и смертельны, для рыб, дельфинов, косаток. На этом на сегодня все. Мы уже и так задержались, рулевой Анна передает на «Санрайз»: «Возвращаемся!»

12.45 Обед. Индиец Уолтер с помощницей, турчанкой Гезим, готовят вкуснейший обед. Несколько разных блюд, по большей части вегетарианских. Что радует, ведь я не ем мясо уже четыре года — это мой вклад в сохранение климата. Сейчас, после лодок, горячая еда кажется еще вкуснее и желаннее. Качка: аккуратно ставлю тарелку с едой на расстеленный на столе резиновый коврик, чтобы еда не покинула меня, уехав на другой конец стола, а вилка не воткнулась в соседа.

15.30 Тревога. Пожар! Быстрее поднимаемся на палубу, схватив по пути спасик. Радиооператор делает перекличку. Все здесь. Все в порядке, тревога учебная, такие проводятся регулярно. Тренируемся по-настоящему: каждый в команде знает свою роль на тот или иной случай, ребята слаженно раскатывают рукава, пара человек в полном обмундировании спускаются «тушить прачечную». Учения закончены.

16.00 Вновь спускаем лодку: мы с Дэниелом надеваем сухие дайверские костюмы = нужно потренироваться плавать в воде с буем, на который прикреплен баннер. Этот навык может пригодиться вскоре. Обтюратор, резиновый воротник костюма, душит, но не пропускает ни капли воды. Выходим совершенно «сухими из воды». Тренировка прошла успешно! Боцман прогоняет нас с палубы, соленая вода, стекающая с костюмов, может испортить свежеокрашенные детали.

17.00 Рабочий день у экипажа закончен. Скоро ужин, а пресс-секретарь и кампейнеры (руководители проекта Гринпис) продолжают трудиться у компьютеров, видеооператор Стивен усердно монтирует отснятые материалы — нужно скорее показать миру то, что мы здесь видим, то, с чем мы боремся, чтобы о нашей борьбе за Арктику узнали как можно больше людей. Только так мы можем изменить ситуацию.

Меня не покидает мысль: ведь никто на свете на самом деле не хочет уничтожать Арктику. Все хотят жить на «зеленой» планете, есть экологически чистые морепродукты, любоваться на китов и дельфинов, но почему-то привыкли считать, что в современном мире это невозможно.

Газпром, Роснефть и другие компании — не злодеи, тоже хотят «зеленого» будущего, и не хотят разрушать хрупкую природу. Тем не менее, именно это они и делают, оправдывая свои действия тем, что нефть людям нужнее, чем чистая планета. Точнее, им нужны деньги, а нефть – средство их получить. Уничтожение Арктики для них — это нежеланный, но неизбежный побочный эффект, якобы оправданный целью. Если даже самые влиятельные люди в мире делают то, чего не хотят, действительно ли они так сильны? Мы же свободны делать то, чего действительно хотим: сейчас мы хотим сохранить Арктику и делаем это.

Источник